Есть в музейной жизни событийные и тематические поводы, которые кажутся старомодными, но при всей своей ритуальности они, при желании, насыщаются глубокими и современными смыслами. Идея выделения и объединения искусства современной Индии с точки зрения модных кураторских ухищрений кажется простоватой. На самом же деле речь идет о попытке рассмотреть через сегодня тысячелетнюю художественную традицию. Она действительно — традиция, и на самом деле — тысячелетняя, и потому в разговоре о выставке уместны отсылки и к русским иконам, и к миниатюре с Варлаамом и Иоасафом вместе с аллюзиями на арабскую каллиграфию. Это в стиле Эрмитажа — помещать все в глубокий мировой контекст.
Индийская выставка — одна из многих, о которых в этом журнале «отчитывается» Эрмитаж. У них, у многих, — формальные поводы: 110 лет петербургскому Дацану — торжественная дата и повод рассказать о петербургском буддизме как части русской культуры и русской политики Серебряного века (да, и политика тогда была стилистически особенная). И все это — на материале удивительных коллекций, включая личные вещи Николая Второго.
250 лет великому Карло Росси — и реставраторы вскрывают росписи Главного штаба, и открывается тайна: как это вышло, что, работая в Северной Пальмире, великий архитектор нашел в Пальмире Сирийской оригинальное решение для своей знаменитой Арки.
130 лет исполняется знаменитому Училищу Штиглица, родине русского дизайна. Это повод не только для грандиозной выставки, но и для издания многотомного каталога, а еще для рассуждения о том, как механизация и дегуманизация ремесел вдруг превратила их в полноценное искусство. Забота о сохранении их «души» создала серию училищ и музеев по всему миру; прикладные искусства стали неотъемлемой частью универсальных музеев. В частности, включение в его собрание важной части музея Училища Штиглица, вместе с коллекцией Базилевского, сделало Эрмитаж действительно энциклопедическим музеем, где изобразительное искусство принципиально выставляется рядом с декоративным.
Эрмитажные кураторы полюбили рассказывать, а зрители узнавать об особенностях музейной «кухни». На выставке «Юсуповы» в Центре «Эрмитаж – Казань» подчеркнуто
торжественно происходит ротация работ на бумаге и изделий из ткани, напоминая досужему зрителю, что экспонаты надо беречь и что он имеет исключительную возможность видеть то, что показывают очень редко. А на большом экране мелькают подробные интервью о том, как технически делается выставка и сколько труда и мысли стоит за роскошью выставочных залов. Есть в этом эрмитажном спутнике и настоящая кухня — специальный набор именных сортов чая и конфет, представляющих всех членов семьи, княжон и князей.
Иммерсивный «Музейный детектив» — тоже про научную мысль и исследование. Знаменитая римская Виктория Кальватоне уже удостаивалась выставки, но сегодня она стала предметом увлекательного рассказа о судьбе предмета в музейных хранилищах, лабораториях, в исследованиях учеными. Зритель и слушатель наушников узнают о ходе движения лазера реставратора и мысли хранителя. Небольшие тайны превращаются в драматическую историю, которая и есть смысл музейной жизни. Предмет становится экспонатом благодаря музейному рассказу, а его надо еще написать, прежде чем делать выставку.
История того, как пишут музейные повествования, стала важной частью нашего журнала. Он превратился в увлекательный по стилю, но серьезный отчет о деятельности Эрмитажа, постепенно добавляя на свои страницы заметки о реальных искусствоведческих исследованиях, датировках и атрибуциях, размещая полный свод эрмитажных публикаций.
Этот номер, как и прошлые, и будущие, представляет нам три главные программы музея: «Глобальный Эрмитаж» (со спутниками и Днями Эрмитажа), «Небесный Эрмитаж» («в облаке», виртуальный визит и виртуальные выставки) и «Книжный Эрмитаж»» (зеленая серия академических каталогов, выставки из истории книги, новое здание Библиотеки). Не забудем, что рядом есть еще «Эрмитаж музыкальный», «Эрмитаж театральный» и «Эрмитаж событий и церемоний». И конечно же — «тактильный» Эрмитаж. Копию фигурок на «Царице ваз» можно потрогать в Двадцатиколонном зале. Она стоит недалеко от настоящей.
МИХАИЛ ПИОТРОВСКИЙ
Директор Государственного Эрмитажа
Академик РАН и РАХ
